Тизеры/подробнее
подняты, словно выражали спокойное удивление. Что, однако, больше всего растрогало Картера – это маленький венок из цветов, лежавший вокруг царского знака на лбу. Положила ли его сюда юная вдова Анхесенамон, когда прощалась с мертвым супругом? Или это был верный друг или слуга? На гробе из позолоченного дуба была надпись: «О матерь Нут! Осени меня твоими крылами, как бессмертными звездами!» Потрясенный Картер отвернулся. Тщетен был этот трогательный зов к богине неба Нут. Скоро этот гроб будет вскрыт и отправится в музей, где на него будут глазеть толпы любопытных. Лампа погасла. Свидетели осквернения гробницы на цыпочках вышли из усыпальницы. Даже шепота не было слышно. А снаружи над головой раскрылся сверкающий свод синего египетского неба точно такой же, как и в древности, когда процессия жрецов, высокопоставленных сановников и принцев шла за саркофагом фараона Тутанхамона. Три тысячи триста лет назад? Нет, казалось, это было только сейчас. ТАЙНА МЕНАФТА В чем дело? Почему трос натянулся так, как будто поднимали не позолоченный деревянный гроб, а каменный? Картер еще раз проверил натяжение троса. Еще в прошлом году, до вскрытия первого гроба, археолога поразила его невероятная тяжесть. Но потом загадка оказалась разгаданной. В одном гробу был заключен другой такой же – изумительное произведение искусства. Но никому не верилось, что в нем может лежать еще один. Ведь наружный гроб был чуть больше роста среднего человека. Не мог же фараон быть карликом? Рисунки на стенах изображали Тутанхамона молодым мужчиной среднего роста. Медленно опустился саркофаг на подготовленный помост. Золотой лик фараона строго и безучастно смотрел в потолок. Трясущимися от волнения руками Картер и его помощники ввинтили в боковины гроба прочные металлические штифты, зацепили их петлями и подняли крышку. Под красноватым полотном вырисовывались очертания третьей фигуры Осириса-Тутанхамона. Лишь золотой чеканный-лик его был непокрыт. Еще более юными были черты лица, еще более человечными, чем на предыдущих гробах. Золото сияло так, как будто оно только вчера было отполировано. Какими инструментами создавали мастера такие совершенные прекрасные маски? Чем полировали? Нашли бы мы сейчас в XX веке, гордящемся своими самолетами, радиостанциями и другими чудесами техники, хоть одного златокузнеца, который сумел бы сделать подобное из куска золота. Этот юношеский лик с выражением возвышенного достоинства был трогательно прекрасен. Картер не мог вымолвить ни слова. Любой звук нарушил бы торжественную тишину момента. Он подал лишь знак Бертону подойти с фотоаппаратом и указал ему на чудесное ожерелье из бус и цветов. Бертон кивнул. Он был так взволнован при виде этого изваянного из золота юношеского лица, что тоже не смог ничего сказать. Теперь Картер мог, наконец, снять покров. Он нерешительно протянул руку, заколебался – и опустил ее. Ему вдруг стало тяжело, вот так просто стянуть полотно с тела фараона. Не будет ли это новым осквернением покойного? И все же он должен это сделать. Наука хотела, наконец, узнать, как погребали фараонов в древнем Египте. Он, Картер, оказался тем избранником, которому было дано счастье вскрыть погребальный ковчег. Второй, третий и четвертый… И теперь он уже не мог отступить. Да и не хотел. Слишком великолепны были предшествующие чудеса. Теперь он должен был увидеть последнее. Его пальцы сомкнулись на полотне и осторожно потянули его. Глаза ученого широко раскрылись от восхищения. Перед ним во всем своем неземном великолепии лежал бог из чистого золота! На лице не было отдельной маски. Все тело было выковано из одного куска золота и украшено гравированным узором, воспроизводящим птичьи перья. Ноги обвивали крылатые фигуры богинь. Какое искусство! Можно ли найти слова,и ещё