Акции/подробнее
что вы обещаете»? Лорд сморщил лоб и направил конец своего костыля прямо в грудь Картера. – Теперь вы, наконец, сказали мне то, что я хотел знать. И вот вам мой ответ: я был бы ослом, если бы двадцать лет вкладывал деньги в проект и отказался от него незадолго до цели. От счастья Картер закрыл глаза. За прошедшие минуты он испытал такое чувство, будто он и есть тот жокей, который на лошади лорда вел скачку и прямо перед финишем упал. Какое отчаяние должен был тогда испытать тот человек! Мягкое прикосновение чьей-то руки вывело его из раздумья. Леди Карнарвон сказала печально: – Вы действительно не можете помочь мне, мистер Картер? Я только потому затягивала поездку в Египет, чтобы не стать посмешищем в глазах многочисленных туристов, собирающихся здесь зимой. Вы ведь понимаете, женщина, которая раскапывает древности, выглядит довольно комично. Не правда ли? Серьезное выражение на лице Картера сменилось улыбкой облегчения. Итак, вот в чем была подлинная причина задержки лорда Карнарвона в Англии! Причина, из-за которой он столько времени ломал себе голову! – Миледи, я надеюсь, что смогу выполнить ваше желание, – пообещал Картер с усердием, которое удивило его самого. Леди Карнарвон сделала порывистое движение, словно хотела обнять ученого, но ограничилась тем, что испытующе посмотрела на лорда, который в этот момент отвернулся, и прошептала: – Я так благодарна вам, мистер Картер. Лорд Карнарвон все время против моего участия в раскопках. Видите ли, вся моя жизнь кажется мне такой бесполезной… Что делала я до сих пор? Посещала салоны, устраивала приемы, говорила слова приветствия во время благотворительных мероприятий, путешествовала, но ни разу не исполняла работу, которой могла бы гордиться. Я всегда была только леди Карнарвон! ТАЙНИК В ЗЕМЛЕ – Ты что-нибудь понимаешь, Ахмед? – спро Утепление окон сил Гад Хассан своего приятеля. – Начальник разрешает раскапывать щебень женщине. Придет тебе когда-нибудь в голову послать жену или дочь искать древности? Это ведь мужское дело. Женщины должны обрабатывать поля, носить воду, готовить пищу или ухаживать за скотом. Ахмед сморщил свой длинный нос. – Это относится к нашим женам, Хассан. Но не к дочери лорда. Она так знатна, что может сравниться разве лишь с нашей принцессой. – Может быть, она принесет нам счастье? – Возможно, но мне что за дело? Лорд платит нам хорошие деньги. И я так же хорошо отношусь к нему. Если бы лорд послушался моего совета, я, конечно, сказал бы ему: «Не трать зря своих денег, господин. В этой долине ты не найдешь даже куска старой сандалии». – Я тоже так думаю. Бьюсь об заклад, что в земле долины не лежит ничего, что стоило бы откапывать. – Да, чем глубже мы копали, тем меньше мы нашли. Эта работа больше меня не радует. Я: остаюсь здесь только ради начальника. Если бы я сказал, что должен оставить его, он, наверное, ответил бы мне: «Ахмед Гургар, ты хочешь, чтобы я умер от огорчения. Ты, мой самый верный друг и лучший бригадир, оставляешь меня одного с этими невежественными бездельниками?» – Эй, ты, полегче! Ты что же, и меня считаешь бездельником? – возмутился Хассан. – Господин только недавно сказал мне: Гад Хассан, ты свет моих очей, утешение моей старости, сильный буйвол среди ленивых ослов, которые называют себя бригадирами! Что стал бы я делать, если бы не было тебя? – Пусть аллах отрежет твой лживый язык! – закричал Ахмед сердито. – У нашего начальника глаза сокола, уши газели; он хитер, как десять лисиц пустыни, вместе взятых, и давно заметил, как мало ты заботишься о своей работе и как часто уходишь, крадучись, в сторонку, чтобы поспать. Ты стоишь здесь и рассказываешь мне всякие враки, вместо того чтобы бежать наи ещё